Subscribe to be notified for updates: RSS Feed

Инфинитив

Инфинитив. Иван Лунгин.

work-130318-9872

work-130318-9892

Н овый проект художника-урбаниста Ивана Лунгина – двадцать холстов — исследований избитого веками сюжета – руины. Только у Лунгина руина предстает как метафора неопределенной формы глагола.

work-130318-9893

work-130318-9895

П режде живописца занимали бетонные коробки спальных районов, тусклые сумерки кронштадских фортов, брандмауэры промзон, теперь интересуют «дома, заводы, коробки, лишённые всякого смысла, не приобретшие функции, уродливо-тоскливые мёртвые зародыши, кости не нарастившие мяса», руинированность заведомо вымершего недостроя. Результатом проекта стала визуализация обнаруженных по просторам России, «начиная с развала СССР и «заморозок» уже не великих, но, тем не менее, вполне утилитарных, социалистических строек», узнаваемых «архитектурных опухолей: иногда незавершённых гигантских зданий, целых районов, иногда крохотных, рухнувших надежд».

work-130318-9897

work-130318-9899

Н а основании данных симптомов, исследуя парадоксы, Лунгин составляет «нашу актуальную историю болезни, медицинскую карточку, рентгеновские снимки тела нашего современного общества». Эти пустые формы – скелеты чьей — то типовой архитектурной мысли отчасти возвращают зрителя к уже изрядно отрефлексированной мастерами прежних поколений, однако вечной теме «vanitas». Человеку на полотнах Лунгина места нет: художника интересует лишь им оставленный след. Человек врет, предметы же врать не умеют. Язык живописца претерпевает изменения, если в прежних работах «звучал» экспрессионизм, то теперь холсты отдают гулкой тишиной. Живописный слой Лунгин выстраивает на тончайших цветовых нюансах, передающих заметную вибрацию. Дома пусты, в каждом — история, история коррупций, смен формаций, может быть даже человеческой гибели. Эта пустота дает иную оптику и новое понимание красоты. Что лучше, быть достроенным или снесенным? Будут ли эти камни использованы для строительства чего — то нового? Художник не отвечает на вопросы, не превращается в судью или адвоката. Он попросту приглашает всмотреться, как в зеркало, в пустоту, мимо которой мы часто проходим, привычно не замечая.

Евгения Гершкович

Главное в искусстве — чтобы оно затрагивало не только мозг. Чтобы волосы вставали дыбом. Когда мне нравится работа, у меня кожа скукоживается — такое оргазмическое удовольствие

Фаина Балаховская
Афиша о Иване